Это в большей степени “цитатник” для провокации размышлений на затронутые темы, чем заметки. Чем дальше я погружаюсь в рассуждения Рашкоффа, тем понятнее становится его мыслительный аппарат, и тем неожиданней некоторые выводы и обобщения, к которым он приходит – тебе кажется, что вот, догадался – ан нет, в последний момент он поворачивает и выходит на следующий уровень.

“Когда человек осваивает язык, он сначала учится не тому как слушать (и понимать), а тому, как произносить слова. Когда мы осваиваем грамотность, в дополнение к умению читать прилагается умение писать. И, поскольку мы все больше двигаемся в область цифровой реальности, мы как люди должны научиться не только тому, как использовать программы (язык, письменность и инструменты этой реальности), но и то, как из делать”, – собственно, это главный посыл книги. Грамотностью цифровой эпохи Рашкофф считает, кстати, не знание javascript или PERL, а способность видеть наличие алгоритмов и их содержание в социальных последствиях “сетевого состояния мира”, а также умение применять эти алгоритмы к своим коммуникациям. Хотя это никак не постулировано, книга представляет собой внутренний диалог net optimist и net pessimist. Естественно, Рашкофф все время обращается к очень важному – и в рамках теории коммуникации, и вообще социологии вопросу о том, насколько общество уже стало сетевым. Наверное, окончательный вывод не зависит от статистики пользования интернетом или социальными сетями и их вариантами, в частности, Кастельс и другие исследователи сетевого общества просто иронично усмехаются на возражения “в нашей стране это меньшинство”, “это у вас там в Америке” – ведь, действительно, сеть проникает в суть отношений между людьми не только эксплицитно (через участие в сетях, потребление в сетях, политику в сетях), но и имплицитно – через услуги, которые невозможны без сети, через скорость коммуникаций или доступность коммуникаций, которая недоступна без сети, через формирование привычек к близкому и понятному “расположению” знаний (не помнишь, не знаешь – посмотри в Google/Yandex/Baidoo). Сеть имплицитно присутствует в мобильной связи, в банкинге, в транспорте, в государственных услугах, в идентификации – даже если мы захотели, в силу государственного и социального безумия, “покинуть” сеть – процесс замены скоростного и ассистированного метода на дискретный, основанный на личностном решении будет мучительным и, зачастую, более сбойным и опасным. Да, инициаторы этого регресса будут думать, что через отказ от net assistance они увеличивают собственный уровень контроля (потому что не будут сталкиваться с реальностью, на самом деле – а там на сетевые технологии уже полагаются почти безоглядно; начиная от банков и заканчивая паспортным контролем на въезде/выезде – уровень дискретности, личного решения человека, посредничающего при такого типа операциях близок к нулю). Блокировка сервисов коммуникации Google, например, приведет к недееспособности множества систем, основанных в той или иной мере на Apps, или на Database-сервисах поисковика; верификация личностей станет полностью дискретной – а где дискретность, там вероятность ошибки возрастает просто в силу статистических причин (накопленные данные дают лучшие основания для обобщений, но равно накапливают и ошибки – поэтому даже корявый realtime интереснее и важнее в любых услугах, чем работа с аггрегированным массивом)…

Интересен набор аргументов взаимного спора в рамках разговора о том, что «мир внутри компьютеров» становится слишком равноценен миру реальному, что есть киберпессимисты и их противники. Традиционные взгляды кибер-пессимистов состоят, по Рашкоффу, в том, что “кибернетический организм – сеть – в большей степени пока может рассматриваться как «цифровая банда» (mob), а не как новый «коллективный мозг» человечества. Люди, объединенные кибер-сетью, сокращаются до управляемых сетевыми программами нервных систем, (пусть и в рамках нечеткой логики); сеть же, тем временем, свободна сама по себе, и компьютеры, которые мы сами объединили и запрограммировали, будут развиваться вместе и в направлениях, которые станут опасными для человека”. Далее, пишет он, “если смотреть на то же противоречие со стороны человека, то добиться позитивного результата от симбиоза с сетевыми компьютерами можно только в результате полной оптовой (wholesale) перестройки того, как мы организуем свою работу, свое образование, свои жизни вообще – и, наконец, свою нервную систему в этих, уже неизбежных обстоятельствах. Тот образ жизни (работы, обучения, организации), которым мы пользуемся сегодня, зародился в Средние века и был лишь слегка модернизирован в эпоху Ренессанса. Эта конструкция довела нас до того места, где находится сегодня общество человека, но для нее совершенно невозможно принять, понять и включить в себя совершенно новые формы коллективной и вне-личностной активности, которую порождает «сетевая жизнь».

Комментарий, поскольку это сложная абстракция: Рашков имеет в виду следующее: подавляющее большинство этических и социальных аксиом, которые описывают личность, семью, страну, государство, партию, и отношения между ними – следствие развития европейских обществ от падения Рима до Нового Времени. В этом с ним согласны почти все современные историки – см., например, Нил Фергюссон «Цивилизации». В центре этого комплекса аксиом – личность физического человека, наделенного свободой воли и этическим чувством (которому позволено принимать разые формы). Реализуя свободу духа в рамках ограничений физического тела (см. витрувианский человек Леонардо), люди рождены в семье, семьи образуют население – своего рода «организм следующего уровня», свобода духа которого – в создании ассоциаций, партий, государств, иерархий, религий и т.д. Физическим ограничением, которое должно присутствовать и на этом уровне, является территория, наличное пространство, в котором существует та или иная общность. Все населения всех известных территорий образуют человечество, духовная сфера которого опять же свободна (за исключением религиозных соображений), а физически ограничена Землей как местом обитания.

И еще к сопротивлению “оцифровке реальности” –  Рашкофф: “Как следствие, уже сегодня – еще не закончив формирование – «сетевая реальность» становится некомфортабельной для многих и многих, и естественной реакцией становится отказ принимать правила игры (в определенной степени нами же и создаваемые). Новые виды взаимодействий в этической сфере (если они не приняты как должное и правильное) в буквальном смысле приговаривают нас к подчинению перекосам и повестке дня наших собственных сетей – тех самых, которые мы запрограммировали, и которые совершенно не в курсе, кто их породил. Сопротивление это бесполезно, но равно бесполезно и расставание с персональным опытом, соответствующим соразмерному человеческому организму. Мы не представляем из себя «разум пчелиного роя», действующий в полном отрыве от уровня реальности и индивидуального опыта. Даже в «новом кибернетическом порядке» есть место для человечества и человека – для вас, и для меня”.

(продолжение следует)